Медведев А.Ф. Древнерусские писала X-XV вв

Знали ли о берестяных грамотах до находок археологов?

Знали. О книгах, написанных «не на харатиях (кусках специально выделанных овечьих шкур), но на бересте» сообщали отдельные древнерусские авторы. Кроме того, была известна старообрядческая традиция XVII-XIX веков переписывать целые книги на расслоенной бересте.

Когда нашли первую грамоту?

Новгородская археологическая экспедиция под руководством Артемия Арциховского работала в Новгороде с 1930-х годов и находила, в том числе писáла – острые металлические или костяные стержни, которыми на берёсте процарапывались буквы. Правда, сначала писáла принимали за гвозди.

На время фашистской оккупации археологические раскопки в Новгороде пришлось свернуть, они возобновились только к концу 1940-х.

Кто нашёл первую грамоту?

Новгородка Нина Окулова , пришедшая подработать в археологической экспедиции во время декретного отпуска. За свою находку она получила премию в сто рублей.

Находка грамоты – уникальное событие или их находят часто?

Относительно часто. Уже летом 1951 года, помимо грамоты №1, было найдено ещё девять грамот. Дальше их количество варьировалось от нуля до сотни с лишним в год – в зависимости от того, какие археологические слои изучались.

Правда, что берестяные грамоты находят только в Великом Новгороде?

Нет. Кроме Великого Новгорода, где грамот найдено уже 1064, берестяные грамоты находили в Старой Руссе (45), Торжке (19), Смоленске (16), Пскове (8), Твери (5), Москве (3) и других городах.

В Новгороде грамот больше. Новгородцы чаще других умели писать?

Совершенно необязательно. Просто в Новгороде сохранности грамот благоприятствуют особенности быта и почвы.

Для того, чтобы хрупкая берёста сохранилась на протяжении нескольких веков, она должна попасть в условия, где её не разрушали бы вода и воздух. Не случайно большинство найденных грамот – частные письма или черновики документов – купчих, расписок, завещаний (иногда предварительно уничтоженных – разрезанных на части). По-видимому, ставшие ненужными записи просто выбрасывали на улицу, там они попадали под свежий слой почвы и мусора.

Важную роль в находке грамот играет сохранность в Новгороде археологического слоя XI-XIII веков. К сожалению, после многочисленных перестроек разных веков не многие города отличаются той же особенностью.

Кто ведёт раскопки?

Новгородская археологическая экспедиция МГУ, а также экспедиции научных институтов. К участию в раскопках широко привлекают студентов и школьников.

Какие самые известные учёные занимались грамотами?

Академик Артемий Владимирович Арциховский (1902-1978) – первый заведующий возобновлённой в Московском университете кафедры археологии (1939), впоследствии (1952-1957) – декан исторического факультета, основатель и глава Новгородской археологической экспедиции (1932-1962), первый публикатор берестяных грамот. Ввёл в университетскую программу общий курс археологии, разработал общую методику анализа культурного слоя.

Академик Валентин Лаврентьевич Янин (1929) – начальник Новгородской археологической экспедиции (с 1963), заведующий кафедрой археологии МГУ (с 1978), специалист по древнерусской нумизматике. Впервые использовал берестяные грамоты как исторический источник.

Разработал методику комплексного источниковедения, при которой анализ делается одновременно на основе письменных источников, археологических находок, найденных монет и печатей и памятников искусства.

Подробно разработал топографию, историю вечевых отношений и денежную систему древнего Новгорода.

Академик Андрей Анатольевич Зализняк (1935) – лингвист, с 1982 года занимается изучением языка новгородских грамот. Установил особенности древненовгородского диалекта и в целом особенности древнерусского языка. Известен своими лекциями о берестяных грамотах в МГУ.

Как выглядят раскопки?

Раскоп – это небольшая – в несколько сотен квадратных метров площадь, на которой экспедиция должна произвести изучение культурного слоя за одно лето или в течение нескольких археологических сезонов.

Основная работа экспедиции состоит в том, что постепенно, слой за слоем с места работ поднимают грунт и изучают всё, что находится в разных слоях: фундаменты домов, древние мостовые, разнообразные предметы, в разные годы потерянные или выброшенные жителями.

Особенность работы археологов основана на том, что в древности масштабные земляные работы – выемка или наоборот отсыпка грунта – не велись, поэтому все следы жизни и деятельности оставались тут же, под ногами у людей.

Например, новый дом могли построить на венцах от сгоревшего, разобрав верхние обуглившиеся брёвна. Раз в тридцать-сорок лет в Новгороде перестилали деревянные мостовые – прямо поверх старых досок. Сейчас, когда датировка этих работ хорошо изучена, по тому, над каким слоем мостовой найден предмет или грамота, их легко датировать.

Толщина культурного слоя в отдельных местах Новгорода достигает семи метров. Поэтому полностью выработанный раскоп – это яма соответствующей глубины; в ней археологи сняли, просеяли и изучили все верхние слои и дошли до материка – слоя, в котором следов жизни и деятельности человека уже нет. Новгородский материк соответствует двадцатым-тридцатым годам X века.

О чём писали в грамотах?

Грамоты – это текущая деловая и повседневная переписка. В отличие от официальных бумаг – княжеских указов, летописей, духовной литературы, – авторы которых предполагали, что их произведения проживут долго, грамоты рассказывают о повседневной и неофициальной жизни древних русичей.

Благодаря грамотам удалось подробно изучить генеалогию боярских родов древнего Новгорода (среди документов много завещаний), понять географию его торговых связей (есть купчие и расписки). Из грамот мы узнали, что женщины в Древней Руси умели писать и были довольно самостоятельны (есть письма, в которых мужьям даются распоряжения по хозяйству). Дети в Древней Руси учились писать обычно в десять-тринадцать лет, но иногда раньше (есть прописи и просто каракули).

Гораздо меньшее место в грамотах занимают духовные сочинения и молитвы – по-видимому, считалось, что им место в церковных книгах, зато есть заговоры.

Самые интересные грамоты

Грамоты 199-210 и 331 – прописи и рисунки новгородского мальчика Онфима, который жил в XIII веке.

Из грамот известно, что Онфиму было около семи лет, и он только учился писать. Часть грамот – это прописи Онфима, который учился по традиционной древнерусской методике – сначала выписывал слоги, потом – небольшие кусочки молитв из Псалтири, отдельные формулы деловых документов. В свободное на уроках время Онфим рисовал – например, изобразил себя воином.

Грамота 752. Любовное письмо девушки XI века:

«Я посылала к тебе трижды. Что за зло ты против меня имеешь, что в эту неделю ты ко мне не приходил? А я к тебе относилась как к брату! Неужели я тебя задела тем, что посылала к тебе? А тебе, я вижу, не любо. Если бы тебе было любо, то ты бы вырвался из-под людских глаз и примчался… хочешь ли, чтобы я тебя оставила? Даже если я тебя по своему неразумению задела, если ты начнешь надо мною насмехаться, то пусть судит тебя Бог и я».

  • На правах рекламы: Лето - традиционный период отпусков и турпоходов. Если понадобилась спортивная обувь вы можете купить кеды украина женские на этом сайте быстро и недорого.

Вплоть до 1951 года существовало устойчивое мнение, что на Руси получали образование только избранные социальные слои. Этот миф развеяла находка археологов, которая произошла 26 июля 1951 года в Новгороде. Специалисты обнаружили берестяную грамоту, сохранившуюся с XIV века, а точнее свиток берёзовой коры, который легко можно было принять за рыболовный поплавок, с нацарапанными на нём словами.

Древняя записка, в которой перечислялись сёла, платившие повинность какому-то Роме, первая развеяла мнение о поголовной неграмотности населения Руси. Вскоре в Новгороде и других городах археологи стали находить всё новые и новые записи, подтверждающие, что и купцы, и ремесленники, и крестьяне умели писать. АиФ.ru рассказывает, о чём думали и писали наши предки.

Первая берестяная грамота. Она сильно фрагментирована, однако состоит из длинных и совершенно стандартных фраз: «С такого-то села позёма и дару шло столько-то», поэтому легко восстанавливается. Фото: РИА Новости

От Гаврилы к Кондрату

В отличие от большинства традиционных памятников XI-XV веков, берестяные грамоты люди писали простым языком, ведь адресатом послания чаще всего были члены их собственной семьи, соседи или же деловые партнёры. К записи на берёзовой коре прибегали в случае сиюминутной необходимости, поэтому чаще всего на бересте встречаются хозяйственные распоряжения и бытовые просьбы. Например, грамота XIVвека известная под № 43 содержит самую обыкновенную просьбу прислать слугу и с ним рубаху:

«От Бориса к Настасье. Как придет эта грамота, пришли мне человека на жеребце, потому что у меня здесь дел много. Да пришли рубашку — рубашку забыл».

Иногда в найденных археологами памятниках можно встретить жалобы и угрозы. Например, берестяная грамота XII века известная под № 155 оказалась запиской, автор которой требует возместить ему нанесённый ущерб в размере 12 гривен:

«От Полчка (или: Полочка) к... [После того, как ты (?)] взял девку у Домаслава, с меня Домаслав взял 12 гривен. Пришли же 12 гривен. Если же не пришлешь, то я встану (подразумевается: с тобой на суд) перед князем и епископом; тогда к большему убытку готовься».

Берестяная грамота №155. Источник: Public Domain

С помощью берестяных грамот мы можем узнать больше о повседневной жизни наших предков. Например, грамота № 109 XII века посвящена инциденту с покупкой краденой рабыни дружинником:

«Грамота от Жизномира к Микуле. Ты купил рабыню во Пскове, и вот меня за это схватила (подразумевается: уличая в краже) княгиня. А потом за меня поручилась дружина. Так что пошли-ка к тому мужу грамоту, если рабыня у него. А я вот хочу, коней купив и посадив [на коня] княжеского мужа, [идти] на очные ставки. А ты, если [еще] не взял тех денег, не бери у него ничего».

Иногда найденные археологами записки содержат предельно краткий и простой текст, похожий на современное СМС-сообщение (№ 1073): «От Гаврилы к Кондрату. Пойди сюда », - а иногда похожи на объявления. Например, грамота № 876 содержит предупреждение о том, что в ближайшие дни на площади будут проходить ремонтные работы.

Грамота №109. Фото: Commons.wikimedia.org

Дела любовные

«От Микиты к Анне. Пойди за меня — я тебя хочу, а ты меня; а на то свидетель Игнат Моисеев».

Самое удивительное в этой записке то, что Микита напрямую обращается к самой невесте, а не к её родителям, как было положено. Приходится только гадать о причинах такого поступка. Ещё один любопытный текст сохранился с XII века, в нём расстроенная дама отчитывает своего избранника (№ 752):

«[Я посылала (?)] к тебе трижды. Что за зло ты против меня имеешь, что в эту неделю (или: в это воскресенье) ты ко мне не приходил? А я к тебе относилась как к брату! Неужели я тебя задела тем, что посылала [к тебе]? А тебе, я вижу, не любо. Если бы тебе было любо, то ты бы вырвался из-под [людских] глаз и примчался …? Если даже я тебя по своему неразумию задела, если ты начнешь надо мною насмехаться, то судит [тебя] Бог и моя худость (то есть я)».

Оказывается в Древней Руси отношения супругов в чём-то походили на современные семьи. Так, например, в грамоте №931 жена Семёна просит приостановить некий конфликт до её возвращения. Приедет - разберётся сама:

«Наказ Семену от жены. Утихомирил бы ты [всех] попросту и ждал бы меня. А я тебе челом бью».

Археологами были найдены и отрывки любовного заговора, возможно, входящего в черновик любовного письма (№ 521): «Так пусть разгорится сердце твое и тело твое и душа твоя [страстью] ко мне и к телу моему и к лицу моему». И даже записка сестры к брату, в которой она сообщает о том, что её муж привёл домой любовницу, и они, напившись, бьют её до полусмерти. В этой же записке сестра просит брата поскорее приехать и заступиться за неё.

Берестяная грамота №497 (вторая половина XIV века). Гаврила Постня приглашает своего зятя Григория и сестру Улиту в гости в Новгород.

Первая берестяная грамота, найденная Ниной Акуловой 26 июля 1951 года, - это пространная запись о налогах, которые должны были уплачивать жители разных сел некому Фоме. Кто этот Фома - мы не знаем до сих пор; высказывались предположения и о том, что он - боярин, и что он - духовное лицо. Очевидно лишь, что Фома владел несколькими селами и получал от их обитателей «позем» и «дар» - два вида налогов-повинностей. Позем уплачивался за право крестьянина жить на его земле. Дар - во время посещений феодалом своих владений.

Вторая берестяная грамота, найденная 27 июля 1951 года, тоже содержала записи о даре; упоминались даже имена крестьян, вносящих налог. Судя по именам, были они по национальности карелы.

Третья берестяная грамота - это уже не обрывок хозяйственного документа, а письмо. Настоящее письмо, написанное неким Грикшей (то есть Григорием) к Есифу (Иосифу). «Поклон от Грикши к Есипу. Прислав Онанья, молви… Яз ему отвечал не рекл ми Есиф варити перевары ни от кого. Он прислал к Федось: вари ты пиво, сидишь на безотьщине, не варишь жито».

Кто этот Онанья? Скорее всего, управляющий владениями феодала - а иначе чего он распоряжается? Во всяком случае, Онанья пытается распоряжаться, приказывает варить пиво Григорию. Тот отказывает: мол, Есиф не велел варить пива. Тогда Онанья требует варить пиво от Федосьи - раз она «сидит на безотьщине», пусть варит. То есть раз пользуется участком земли, который не перешел к ней от отца, то пусть несет и такую повинность в пользу Онаньи. А Григорий все сомневается в праве Онаньи распоряжаться, приказывать варить пиво.

Уже эта грамота заставляет задуматься: ведь ясно, писал сельский житель (скорее всего, сельский староста) феодалу, живущему в Новгороде. Значит, и сельские жители были грамотны… хотя бы некоторые. Вот вышел Онанья за пределы неких признаваемых всеми границ - и крестьянин пишет владельцу земли, просит приструнить своего представителя. А ведь считалось - крестьяне на Руси были поголовно неграмотны…

До конца сезона 1951 года нашли еще десять грамот, от XII до XV века. Среди них - и хозяйственные документы, распоряжения, жалобы… даже загадка. «Есть град межу небом и землею, а к нему еде посол без пути, везе грамоту неписану». На современном русском языке: «Между небом и землей есть город, а к нему едет посол без пути, везет ненаписанную грамоту».

Такие загадки загадывали еще в начале XX века, смысл текста понятен: город между небом и землей - это ковчег, в котором Ной спасается от потопа, везет в нем всю будущую фауну Земли. Немой посол - это голубь, которого праотец Ной отправил искать, не спали ли воды Всемирного потопа, не выступила ли где-то Земля. Грамота неписаная - это масличная ветвь, которую голубь принес в клюве после своего третьего полета. Увидев ветвь, Ной понял - где-то уже есть земля, свободная от воды. Это оказалась гора Арарат, и именно к ней пристал в конце концов ковчег. Одно из библейских обществ США даже пыталось искать Ковчег Завета на склонах горы Арарат… Правда, вроде бы, не нашли - но кто знает, может, еще и отыщется.

Вообще же грамот оказалось столько, что сразу же сделалось понятным одно место из давно известного источника: из записи беседы новгородского священника XII века Кирика с епископом Нифонтом. Кирик о многом спрашивал Нифонта, и в том числе: «Нет ли в том греха - ходить по грамотам ногами, если кто, изрезав, бросит их, а слова будут известны?»

До находок берёсто сам вопрос казался странным: кто же это будет бегать ногами по грамотам? Ведь пергамен дорог, книги очень ценны… После находок все понятно: ведь берестяные грамоты и бросали, как только они отслужили свой срок. Писать на бересте второй и третий раз было невозможно: тексты на них не писали чернилами, а процарапывали и выдавливали.

Люди топтали берёсто, не зная, какие слова там написаны… А что, если это слова священные? Скажем, «Бог», «ангел», «Богородица»? Получается - ходят люди как бы по обрывкам священных текстов. Вот священника и волновало - не грех ли? В Новгороде этот вопрос приобретал самый непосредственный бытовой смысл.

Что вы делаете, когда в вас просыпается литератор? Садитесь за компьютер, открываете какой-нибудь текстовый редактор, вроде «MS Word» и начинаете творить, а самые продвинутые из вас вообще включают диктофон, и наговаривают текст, который потом перегоняет в печатный вариант специальная лингвистическая программа! Хорошо быть человеком информационной эпохи! А вот в прежние времена все было несколько сложнее...

Например, в Древней Руси, не было стандартных программных текстовых гарнитур и приходилось писать руками. Кропотливо выводя каждую литеру.

Для письма, с IX века, использовали обычную для нас кириллицу, хотя и до этого около века на Руси существовала примитивная иероглифическая письменность – «черты и резы».

Чтобы освоить алфавит и отработать почерк, ученики княжеских и семейных училищ использовали церы и писала.

Церы – это небольшие деревянные дощечки, размером с обычную школьную тетрадь, с выпук ой каймой, заполненные вровень с ней воском. На церах, как на современной классной доске, можно было выцарапывать небольшие тексты. Затем стирать их и писать что-нибудь снова.

Писала представляли собой небольшие костяные, деревянные или металлические стержни сантиметров 15-18 в длину и толщиной с современный карандаш. Рабочий конец писала был заострен, а противоположный чаще всего художественно украшался.

Если бы вам, как жителю Древней Руси понадобилось написать письмо, взять с собой на рынок список продуктов, оставить расписку в получении денег или составить себе походный молитвослов, вы бы стали осматриваться вокруг в поисках березы. Именно ее кору, иначе бересту, русичи использовали в качестве дешевого писчего материала для повседневных нужд.

Писали на бересте, как и на церах, обычными заостренными писалами, просто выцарапывая нужный текст. Крайне редко, для особо важных писем или черновиков официальных документов могли использовать чернила.

Если вы хотите почувствовать себя русским писцом начала XI века, вам следует воспользоваться вязальной спицей и нарезанными полосками бересты. Можно также растопить свечку и залить ее воском небольшую деревянную дощечку. Получится подобие церы.


С XIV века в отдаленных и небогатых районах дешевая береста заменяет дорогой пергамент в книгах. Многие сочинения северных старообрядческих общин дошли до нас именно в форме берестяных книг.

Делались берестяные книги довольно просто: книга писалась на заранее подобранных по размеру берестяных страницах; потом к ним прикладывались чистые листы обложки; затем с одной стороны в исписанных страницах шилом пробивались отверстия, через которые пропускался кожаный шнурок и таким образом книга скреплялась.


Летописи, официальные грамоты, законы и литературные произведения писались исключительно чернилами и на значительно более дорогом материале – пергамене.

Этот материал был изобретен во II веке до нашей эры в Малой Азии в городе Пергам и представлял собой особым образом выделанную телячью кожу.

Почему книги в древности стоили так дорого? Потому что для написания всего одной книги требовалось много ценного сырья – телячьих шкур (для изготовления Библии, близкой по формату к современному А4, требовались 150-180 шкур) и само изготовление пергамена также требовало большого труда!

Еще больше ценился труд переписчика. Грамотные люди в начале средних веков были в цене, а грамотные люди с красивым почерком вообще на вес золота. Один переписчик за день мог написать не более одной страницы. Кроме того, каждая страница подлежала кропотливому художественному оформлению: вначале на ней обязательно каким-нибудь орнаментом делалась рамка, в которую потом вписывался текст; а после заполнения страницы текстом (первую букву страницы тоже затейливо вырисовывали), к ней обязательно добавлялась красивая пояснительная картинка – миниатюра.

Каждую шкурку будущего пергамена требовалось промыть и ободрать с нее весь жесткий ворс. Затем ее неделю вымачивали в известковом растворе. После такого вымачивания из шкуры выпадал остальной волосяной покров.

Еще мокрую шкурку натягивали на деревянную раму, где сушили и мездрили полукруглыми ножами – то есть вычищали с внутренней стороны шкуры мягкую клетчатку, после чего еще втирали в нее мел и выглаживали пемзой.

Затем пергамен отбеливался, путем втирания в него муки и молока и нарезался на листы требуемого размера.

Пергамен был очень хорошим писчим материалом: на нем можно было писать с обеих сторон; он был очень светлым и прочным и не давал растекаться чернилам, благодаря втертому мелу; кроме того, пергамен можно было использовать несколько раз, соскоблив верхний слой с ранее написанным текстом.

В Византии и Европе существовали технологии окраски пергамена в пурпурный, ореховый, персиковый и другие цвета, а также изготовлен я золотых и серебряных чернил, которые использовали для особенно ценных книг. Но на Руси они не использовались.

Теперь – чернила! Европейские чернила часто были весьма дорогими и сложными в изготовлении. Но на Руси чаще всего обходились довольно дешевыми и доступными рецептами.

Основой для большинства чернил являлась камедь (смола некоторых видов акаций, либо вишни). В зависимости от того, какие вещества растворялись в камеди, чернила приобретали тот или иной цвет.

Черные чернила изготавливались из камеди и сажи («копченые чернила»). Также черные чернила можно было приготовить, вываривая в камеди «чернильные орешки» – болезненные наросты на листьях дуба. Добавляя в камедь бурое железо, ржавчину или железный купорос получали чернила коричневого цвета. Голубые чернила получались при соединении камеди и медного купороса, красные – камеди и киновари (сульфид ртути, красноватый минерал, встречающийся в природе повсеместно вместе с другими метаморфическими породами).

Существовали и односоставные чернила, для которых не требовалась даже камедь. Они изготавливались из некоторых растений. Из черники – фиолетовые чернила, из крушины – пурпурные, из корней спорыша или ягод бузины – синие, а из ее же листьев – зеленые.

В зависимости от состава, чернила либо изготавливались в небольшом количестве незадолго до использования, либо хранились в керамических или деревянных закрытых сосудах. Перед использованием, чернила разводились водой. Небольшое количество чернил наливали в специальный сосуд – чернильницу, который имел такую форму, чтобы устойчиво располагаться на столе, и было удобно макать в него перо.

Писали на пергамене остро заточенными перьями, обычно гусиными, так как они были наиболее прочными и долго держали заточку. Преимущественно использовались перья из левого крыла, потому что они лучше ложатся в правую руку (соответственно, левши пользовались перьями из правого крыла птицы). С кончика перьев убиралась часть бородки для улучшения ухватистости. Потом перья обезжиривались, вывариваясь в щелочи и закаливались в горячем песке и затачивались («чинились») ножом (отсюда современный складной нож получил наименование «перочинный»). Для написания заглавных букв могли использоваться тонкие кисточки.


К написанию книг допускались писцы с самым красивым почерком. Заглавные буквы затейливо выписывались красными киноварными чернилами (отсюда «красная строка»). Заголовки писались вязью – особым декоративным начертанием букв. Практически каждая страница книги украшалась цветным рисунком – миниатюрой. На полях часто рисовались еще более мелкие рисунки – «полевые цветы». По краям листа в виде рамки пускали орнамент. Самым распространенным из орнаментов на Руси был «старовизантийский», он же «геометрический».

Готовые страницы сшивались в небольшие тетради, которые потом собирались в дощатый переплет, как правило, обтянутый кожей или бархатом, на которых мог присутствовать тесненный или вышитый рисунок или орнамент.

Часто уголки переплета ради пущей сохранности оковывались металлом, а особо ценные и священные книги обычно имели цельный металлический оклад и металлические застежки, которыми края переплета жестко фиксировались между собой, чтобы книга не теряла свою форму. Оклад мог быть сделан из золота или серебра и богато украшен самоцветами и барельефами.

Так как рукописные книги сами по себе, а также услуги переписчика были исключительно дороги, то и записи в них подвергались лишь самые важные, общекультурные ценности. Бульварные романы, детективы и низкопробная фантастика отсутствовали как класс. Никаких юмористических или утопических произведений среди тогдашних книг тоже было не встретить.

В первую очередь записи подвергались религиозные и мировоззренческие труды: Евангелия, послания апостолов, жития святых, Псалтири и другая духовная поэзия, чинопоследования богослужений, труды эллинистических и христианских философов и богословов и т.п.

Во вторую – различные труды и сведения, имеющие большую культурную или научную значимость: рассказы и повести, поучения, народные эпосы, былины, песни, поэмы, пословицы и поговорки. Часто записывались мифы, комедии и трагедии древности, кодексы законов и соборные вероопределения, исторические хронологии событий. Существовали и научные сочинения по математике, медицине, химии, географии, астрономии, кораблевождению, домоводству, биологии и другим дисциплинам.

Информация подбиралась весьма избирательно. Часто, ради нового текста, который считали более важным, какое-либо из древних произведений выскабливалось с пергамена, так как новых книг не хватало. Язык, отражая реалии времени, был гораздо более емким и точным чем сейчас. Каждое слово могло нести двойную, а то и тройную смысловую нагрузку.

Что вы делаете, когда в вас просыпается литератор? Садитесь за компьютер, открываете какой-нибудь текстовый редактор, вроде «MS Word» и начинаете творить…

А самые продвинутые из вас вообще включают диктофон, и наговаривают текст, который потом перегоняет в печатный вариант специальная лингвистическая программа! Хорошо быть человеком информационной эпохи! А вот в прежние времена все было несколько сложнее…

Например, в Древней Руси, не было стандартных программных текстовых гарнитур и приходилось писать руками. Кропотливо выводя каждую литеру. Для письма, с IX века, использовали обычную для нас кириллицу, хотя и до этого около века на Руси существовала примитивная иероглифическая письменность — «черты и резы».

Чтобы освоить алфавит и отработать почерк, ученики княжеских и семейных училищ использовали церы и писала. Церы — это небольшие деревянные дощечки, размером с обычную школьную тетрадь, с выпуклой каймой, заполненные вровень с ней воском. На церах, как на современной классной доске, можно было выцарапывать небольшие тексты. Затем стирать их и писать что-нибудь снова.

Писала представляли собой небольшие костяные, деревянные или металлические стержни сантиметров 15-18 в длину и толщиной с современный карандаш. Рабочий конец писала был заострен, а противоположный чаще всего художественно украшался.

Если бы вам, как жителю Древней Руси понадобилось написать письмо, взять с собой на рынок список продуктов, оставить расписку в получении денег или составить себе походный молитвослов, вы бы стали осматриваться вокруг в поисках березы. Именно ее кору, иначе бересту, русичи использовали в качестве дешевого писчего материала для повседневных нужд.

Писали на бересте, как и на церах, обычными заостренными писалами, просто выцарапывая нужный текст. Крайне редко, для особо важных писем или черновиков официальных документов могли использовать чернила.

Если вы хотите почувствовать себя русским писцом начала XI века, вам следует воспользоваться вязальной спицей и нарезанными полосками бересты. Можно также растопить свечку и залить ее воском небольшую деревянную дощечку. Получится подобие церы.

С XIV века в отдаленных и небогатых районах дешевая береста заменяет дорогой пергамент в книгах. Многие сочинения северных старообрядческих общин дошли до нас именно в форме берестяных книг.

Делались берестяные книги довольно просто: книга писалась на заранее подобранных по размеру берестяных страницах; потом к ним прикладывались чистые листы обложки; затем с одной стороны в исписанных страницах шилом пробивались отверстия, через которые пропускался кожаный шнурок и таким образом книга скреплялась.

Летописи, официальные грамоты, законы и литературные произведения писались исключительно чернилами и на значительно более дорогом материале — пергамене. Этот материал был изобретен во II веке до нашей эры в Малой Азии в городе Пергам и представлял собой особым образом выделанную телячью кожу.

Почему книги в древности стоили так дорого? Потому что для написания всего одной книги требовалось много ценного сырья — телячьих шкур (для изготовления Библии, близкой по формату к современному А4, требовались 150-180 шкур) и само изготовление пергамена также требовало большого труда!

Еще больше ценился труд переписчика. Грамотные люди в начале средних веков были в цене, а грамотные люди с красивым почерком вообще на вес золота. Один переписчик за день мог написать не более одной страницы.

Кроме того, каждая страница подлежала кропотливому художественному оформлению: вначале на ней обязательно каким-нибудь орнаментом делалась рамка, в которую потом вписывался текст; а после заполнения страницы текстом (первую букву страницы тоже затейливо вырисовывали), к ней обязательно добавлялась красивая пояснительная картинка — миниатюра.

Каждую шкурку будущего пергамена требовалось промыть и ободрать с нее весь жесткий ворс. Затем ее неделю вымачивали в известковом растворе. После такого вымачивания из шкуры выпадал остальной волосяной покров.

Еще мокрую шкурку натягивали на деревянную раму, где сушили и мездрили полукруглыми ножами — то есть вычищали с внутренней стороны шкуры мягкую клетчатку, после чего еще втирали в нее мел и выглаживали пемзой. Затем пергамен отбеливался, путем втирания в него муки и молока и нарезался на листы требуемого размера.

Пергамен был очень хорошим писчим материалом: на нем можно было писать с обеих сторон; он был очень светлым и прочным и не давал растекаться чернилам, благодаря втертому мелу; кроме того, пергамен можно было использовать несколько раз, соскоблив верхний слой с ранее написанным текстом. Текст, написанный на скоблёном пергамене, назывался палимпсетом.

В Византии и Европе существовали технологии окраски пергамена в пурпурный, ореховый, персиковый и другие цвета, а также изготовления золотых и серебряных чернил, которые использовали для особенно ценных книг. Но на Руси они не использовались.

Теперь — чернила! Европейские чернила часто были весьма дорогими и сложными в изготовлении. Но на Руси чаще всего обходились довольно дешевыми и доступными рецептами. Основой для большинства чернил являлась камедь (смола некоторых видов акаций, либо вишни). В зависимости от того, какие вещества растворялись в камеди, чернила приобретали тот или иной цвет.

Черные чернила изготавливались из камеди и сажи («копченые чернила»). Также черные чернила можно было приготовить, вываривая в камеди «чернильные орешки» — болезненные наросты на листьях дуба.

Добавляя в камедь бурое железо, ржавчину или железный купорос получали чернила коричневого цвета. Голубые чернила получались при соединении камеди и медного купороса, красные — камеди и киновари (сульфид ртути, красноватый минерал, встречающийся в природе повсеместно вместе с другими метаморфическими породами).

Существовали и односоставные чернила, для которых не требовалась даже камедь. Они изготавливались из некоторых растений. Из черники — фиолетовые чернила, из крушины — пурпурные, из корней спорыша или ягод бузины — синие, а из ее же листьев — зеленые.

В зависимости от состава, чернила либо изготавливались в небольшом количестве незадолго до использования, либо хранились в керамических или деревянных закрытых сосудах. Перед использованием, чернила разводились водой. Небольшое количество чернил наливали в специальный сосуд — чернильницу, который имел такую форму, чтобы устойчиво располагаться на столе, и было удобно макать в него перо.

Писали на пергамене остро заточенными перьями, обычно гусиными, так как они были наиболее прочными и долго держали заточку. Преимущественно использовались перья из левого крыла, потому что они лучше ложатся в правую руку (соответственно, левши пользовались перьями из правого крыла птицы).

С кончика перьев убиралась часть бородки для улучшения ухватистости. Потом перья обезжиривались, вывариваясь в щелочи и закаливались в горячем песке и затачивались («чинились») ножом (отсюда современный складной нож получил наименование «перочинный»). Для написания заглавных букв могли использоваться тонкие кисточки.

К написанию книг допускались писцы с самым красивым почерком. Заглавные буквы затейливо выписывались красными киноварными чернилами (отсюда «красная строка»). Заголовки писались вязью — особым декоративным начертанием букв. Практически каждая страница книги украшалась цветным рисунком — миниатюрой.

На полях часто рисовались еще более мелкие рисунки — «полевые цветы». По краям листа в виде рамки пускали орнамент. Самым распространенным из орнаментов на Руси был «старовизантийский», он же «геометрический».

Готовые страницы сшивались в небольшие тетради, которые потом собирались в дощатый переплет, как правило, обтянутый кожей или бархатом, на которых мог присутствовать тесненный или вышитый рисунок или орнамент.

Часто уголки переплета ради пущей сохранности оковывались металлом, а особо ценные и священные книги обычно имели цельный металлический оклад и металлические застежки, которыми края переплета жестко фиксировались между собой, чтобы книга не теряла свою форму. Оклад мог быть сделан из золота или серебра и богато украшен самоцветами и барельефами.

Так как рукописные книги сами по себе, а также услуги переписчика были исключительно дороги, то и записи в них подвергались лишь самые важные, общекультурные ценности. Бульварные романы, детективы и низкопробная фантастика отсутствовали как класс. Никаких юмористических или утопических произведений среди тогдашних книг тоже было не встретить.

В первую очередь записи подвергались религиозные и мировоззренческие труды: Евангелия, послания апостолов, жития святых, Псалтири и другая духовная поэзия, чинопоследования богослужений, труды эллинистических и христианских философов и богословов и т.п.

Во вторую — различные труды и сведения, имеющие большую культурную или научную значимость: рассказы и повести, поучения, народные эпосы, былины, песни, поэмы, пословицы и поговорки.

Часто записывались мифы, комедии и трагедии древности, кодексы законов и соборные вероопределения, исторические хронологии событий. Существовали и научные сочинения по математике, медицине, химии, географии, астрономии, кораблевождению, домоводству, биологии и другим дисциплинам.

Информация подбиралась весьма избирательно. Часто, ради нового текста, который считали более важным, какое-либо из древних произведений выскабливалось с пергамена, так как новых книг не хватало. Язык, отражая реалии времени, был гораздо более емким и точным чем сейчас. Каждое слово могло нести двойную, а то и тройную смысловую нагрузку.

Андрей Сегеда

Вконтакте